Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Лукашенко подписал указ о помиловании 15 осужденных, в том числе 13 политзаключенных
  2. В Threads опубликовали вакансию для продавца в «Першы нацыянальны гандлёвы дом». Зарплата пользователей не оставила равнодушными
  3. Чиновники хотят вернуть запрет на польские яблоки, но МИД выступил против. Вот что узнало «Зеркало» из закрытых документов
  4. Провластные социологи спросили у беларусов, с кем нашей стране стоит дружить. Что получилось
  5. Сергей Тихановский: «Офис Светланы Тихановской поступил низко и подло, начав использовать моих детей в своих целях»
  6. «Смотрели мое портфолио с открытым ртом». Поговорили с беларуской, которая делала метро в Минске, а теперь отвечает за станции в Нью-Йорке
  7. КГК жестко раскритиковал чиновников за невыполнение поручения Лукашенко. «Зеркало» получило закрытый документ
  8. «Это перелом или одноразовый жест?» В Польше заметили перемены в действиях Минска и объяснили, чего ждут дальше
  9. «На заводе все стабильно». Начал работу «беларусский ответ» западным соцсетям — рассказываем, кто там зарегистрировался
  10. Синоптики рассказали, какой погоды ждать в пятницу, — объявлен оранжевый уровень опасности
  11. «Не до всех дошло…» МАРТ заявил, что предприниматели продолжают торговать товаром, который запретили во время протестов 2020-го
  12. В Беларуси начали включать отопление
  13. Глава МИД Польши Сикорский встретился в Нью-Йорке с Рыженковым
  14. «Моя мама ходила в милицию». Живущие за границей получают «письма счастья» — к некоторым из-за этого возникают вопросы у милиции
  15. Команда Тихановской пересеклась в ООН с Рыженковым. Чем закончилась попытка поговорить с главой МИД
  16. Лукашенко попросил провести «серьезную ревизию» отношений с Пакистаном


/

В августе повысили социальные пенсии, а трудовые в этом месяце не стали поднимать. В среднем выплаты по возрасту тем, кто находится на заслуженном отдыхе, в первой половине этого года были 1057 рублей. «Зеркало» спросило у беларусов, какая сумма для них была бы комфортной для жизни на пенсии.

Иллюстративный снимок. Фото: pixabay.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Все имена изменены в целях безопасности.

«Я работала с 18 лет и до 60»

67-летняя Анна считает, что пенсия в Беларуси должна быть не менее 2500 рублей.

— Пенсионеру, как и любому другому человеку, кроме покупки продуктов, нужно постоянно обновлять нижнее белье, одежду, обувь. Нам тоже надо покупать средства для уборки жилья, стирки. Менять старую изношенную мебель, делать дома ремонт. Менять оргтехнику, телефон. А еще нам нужно покупать много лекарств, оплачивать многие медуслуги, транспорт. Также хочется съездить в санаторий, — рассуждает беларуска.

С нынешним размером пенсии, признается она, приходится тщательно планировать расходы, чтобы понять, что она сможет оплатить.

— В итоге я не могу позволить ничего нового купить, оплатить медуслуги, сделать ремонт. Съездить в санаторий проблематично: нужно брать кредит в банке и оплачивать его с пенсии. И коммуналка увеличивается постоянно.

— Все привыкли думать, что на пенсии нужно готовиться к смерти и человек должен донашивать старье и жить в развалюхе, — сетует Анна. — А я работала с 18 до 60 лет.

«Наши пенсии рассчитаны на очень скромную жизнь»

— Чтобы жить комфортно на пенсии и не подрабатывать, нужно иметь не менее четырех-пяти тысяч рублей, — считает 70-летняя Наталья.

Она полагает, что такой доход позволит качественно питаться, покупать нужные лекарства и БАДы, ходить в спортзал, отдыхать несколько раз в год за пределами Беларуси.

— Такие преференции имеют пенсионеры Европы (и не только). Очень хочется соответствовать, а не «тянуть ножки по одежке». Ведь наши пенсии рассчитаны на очень скромную жизнь. Даже болеть нельзя, так как денег на лечение, медицинские манипуляции и лекарства не хватит.

Чуть меньший размер назвал 64-летний Павел, который продолжает работать, несмотря на возраст. Ему хватило бы около трех тысяч в месяц.

— Живя в городе Минске, только на походы в поликлинику надо денег, как дров в печку. Ни о какой бесплатной медицинской помощи не может быть и речи, — говорит он и ссылается на личный опыт, где за медицинские услуги ему регулярно приходится платить.